How to Stop Missing Deadlines? Please Follow our Telegram channel https://t.me/PlopAndreiCom ( @plopandreicom)
APPLY FOR THIS OPPORTUNITY! Or, know someone who would be a perfect fit? Let them know! Share / Like / Tag a friend in a post or comment! To complete application process efficiently and successfully, you must read the Application Instructions carefully before/during application process.

Сфера наших профессиональных интересов – уголовная политика, и изучение проблем семьи мы ведем через призму преступности и правонарушений. Это кривое зеркало, но оно надежно. В правовом или в социально-правовом понимании жестокость – это всякое систематическое причинение другому лицу физических, нравственных страданий, унижение его чести и достоинства и тому подобное. Проблемы жестокости внутри семьи, в том числе и по отношению к детям – проблемы международного характера. Мы систематически следим за ситуацией за рубежом, она сопоставима с нашей. Несколько цифровых характеристик. Сейчас в семьях, откуда выходят правонарушители, жестокость имеет место в 40-45% случаев, то есть практически в каждой второй – третьей такой семье. К сожалению, в контрольной группе, то есть в семьях обычных граждан, жестокость в отношении друг к друг у в отношении детей имеет место не менее, чем в 20% случаев, фактически в каждой пятой семье. Таковы количественные масштабы проблемы. Каковы причины? Прежде всего это многовековые традиции патриархального воспитания. В таком замечательном памятнике нашей культуры, как “Домострой”, вы увидите рекомендацию: “сечь чадо, пока оно лежит поперек лавки, потому что когда оно будет лежать вдоль лавки, уже будет поздно”. Вторая причина – это опять же многовековой, а не только культивируемый в течении последних 70 лет культ жестокости в отношении низших социальных слоев, в отношении друг друга. Этот культ непрерывно н расширенно воспроизводился н воспроизводится сейчас. Наше изучение общественного мнения показывает, что гуманизации современного общества пока не происходит. Наоборот, имеются тревожные тенденции роста взаимной жестокости, а потому наш прогноз в этой сфере скорее пессимистический. Пик ожесточения наши прогнозисты относят на 1992 год. Третья причина – это низкий уровень общей -и правовой культуры общества. Здесь было сообщение о конвенции о правах ребенка и о наших обязательствах, вытекающих из этого документа, тем более, что он ратифицирован Верховным Советом СССР. По-видимому, он обязательно должен быть ратифицирован и в суверенных республиках. Так вот, в нашем общественном мнении пока, вопреки конвенции, ребенок и другой объект жестокого обращения рассматривается именно как объект воздействия, а не как субъект взаимодействия. Это один из наиболее неприятных показателей низкой культуры общения и демагогической культуры. Признанием того что ребенок имеет свою честь и свое достоинство, тоже пока свойственно незначительному меньшинству семей, воспитывающих детей. Наконец, еще две социальные причины. Одна из них – это бессилие в определении и достижении позитивных воспитательных целей. В определенной степени это бессилие производно от многократного умножения в среде нашего населения лиц со сниженными умственными способностями. 20 лет назад их у нас в школьном контингенте было 0,3%, сейчас их уже в этом же контингенте 4%. Родители не могут добиться успехов этих детей в обычном коллективе и в ряде случаев, по подстрекательству школы, которая вкладывает ремень в родительские руки, избивают детей, пытаясь заставить их делать то, на что дебилы неспособны. Ежегодно детей со сниженным умственным развитием у нас прибавляется на 100-120 тысяч человек. Я имею в виду территорию всей страны, включая отделившиеся республики. Наконец, последняя причина – это стрессовое состояние родителей, несмотря на свое терпение доведенных до отчаяния тем, что происходит в магазинах, в транспорте, на производстве, тем каскадом черных новостей, которые на них обрушиваются из средств массовой информации. Совокупность всех этих факторов, к сожалению, делает неизбежным достаточно пессимистический в прямом смысле этого слова вывод о развитии ситуации, связанной с жестокостью в семье, в том числе и в отношении детей. Мотивация этой жестокости имеет четыре основных блока. Во-первых, это воспитательный блок, стремление изменить поведение детей, чего бы это ни стоило. Сейчас такая мотивация просматривается максимум в половине случаев жестокого обращения. На первый план в настоящее время выходит месть. Ребенку родители мстят за то, что он родился, что о нем приходится заботиться, что он приносит только огорчения, что он чего-то требует и просит. Далее, речь идет о разрядке на более слабых членах семьи от стрессового состояния, вызванного внешней ситуацией. И наконец, последний, самый неприятный блок мотивации жестокости, он выявляется в значительной части, в уже более чем 10% случаев. Речь, идет о жестокости как самоцели. Избиение происходит ради избиения, человек получает удовольствие от самого факта издевательства над ближними. Усиление доли такого мотива с точки зрения криминально-политической – это самое тревожное явление. Кстати, оно идет параллельно с ростом жестокости по мотивации самоцели и в преступлениях несовершеннолетних. Если десять лет тому назад мы говорили о том, что подавляющая часть преступлений несовершеннолетних – это озорство, то в настоящее время мотивация значительной части этих преступлений сближается со взрослыми, все отчетливее проявляется агрессия и жестокость как самоцель. Проблема жестокости – это не только проблема семьи. Значительную долю ответственности за создавшееся положение дел несут учебные заведения, которые, с одной стороны, демонстрируют образцы жестокости, издевательства над учащимися в буквальном смысле этого слова, а с другой – ряд уголовных дел хотя бы по Санкт-Петербургу, которые прошли начиная с 1985 года, наглядно иллюстрируют проблему жестокости к детям в школах и домах-интернатах. Анализ этих дел позволил установить вероятность использования работниками школ жестоких мер и методов обратно пропорционально их педагогической культуре: 80% фактов жестокости в школе приходится на учителей без высшего педагогичен кого образования. Интенсивность этих проявлений по отношению к детям среди этой категории в четыре раза выше. Школа скрывает жестокость. Последствием жестокого обращения с детьми в половине случаев является стойкое изменение характера, включая развитие лживости, трусливости и ряда других черт, которые потом мешают социальной адаптации растущих. Выделим еще один факт. В каждом четвертом случае прямая социальная дезадаптация детей и подростков происходит в результате бегства из дома. По примерным оценкам различных ведомств, ежегодно у нас бегают 130-160 тысяч детей. Наконец, в 10% случаев в результате жестокого обращения наносится стойкий ущерб физическому и психическому здоровью детей. Школа знает в двух случаях из пяти о таком развитии ситуации, но скрывает, не сообщая об этом органам социальной защиты детей. Достаточно сказать, что школа знает о семьях, в которых жестоко обращаются с детьми, в 8-10 раз больше, чем инспекция по делам несовершеннолетних. Знают, но не сообщают. Инспекция по делам несовершеннолетних взяла на учет 124 тысячи таких семей, а практически речь должна идти о 8-10% всех семей, воспитывающих детей. Выдвину еще несколько тезисов. Прошу обратить внимание на соседствующее с жестоким обращением с детьми такое явление, как детоубийство. У нас в год в среднем производится 300-400 убийств новорожденных детей по стране. С правовой точки зрения, такое явление может квалифицироваться в Законе как убийство при отягчающих обстоятельствах. Вместе с тем, несмотря на видимое варварство этих преступлений, речь идет, как правило, о действиях женщины, находящейся в стрессовом состоянии, не полностью вменяемой, а иногда и не видящей выхода из создавшейся ситуации. Приведу один факт, в который участникам семинара, наверно, будет трудно поверить: 10-15% женщин – строительных рабочих не знают, что у нас разрешены аборты. Теперь о структуре жестокого обращения. Она имеет специфику, которая не всегда принимается во внимание. Мы зачастую отождествляем жестокость лишь с побоями. Но оказалось, что субъекты жестокого обращения более изобретательны. До 20% случаев жестокого обращения характеризуются пыткой голодом, лишением пищи, а иногда и воды. Еще 10% случаев – это незаконное лишение свободы, если говорить правовым языком. Иными словами, это запирание в чулан, в подвал и тому подобное. Наконец, не считаясь с угрозой закона, в 20% случаев осуществляется прямое изгнание из дома: “Убирайся!” Структура жестокого обращения значительно многообразнее, чем кажется на первый взгляд. Теперь – состояние и перспективы борьбы с жестоким обращением по отношению к детям. По примерным оценкам, реагирование в соответствии с законом сейчас имеет место лишь в 7% случаев жестокого обращения, фактически девять десятью этих случаев латентны, они не попадают в сферу воздействия, влияния правоохранительных органов. Это тем более опасно, что законодательное регулирование этих проблем у нас развито хорошо и даже наши коллеги за рубежом находят кое-что для себя интересное в нашем законодательстве. К примеру, у нас предусмотрено ограничение дееспособности пьянствующих лиц, а именно они являются основным контингентом жестокого обращения в семье. Предусмотрено, хотя и почти не применяется выселение этих лиц из жилища в том случае, если они не дают возможности жить другим членам семьи. Предусматривается лишение и временное отчуждение родительских прав, административная ответственность лиц, плохо обращающихся с детьми, в том числе – штрафы. Предусматривается уголовная ответственность лиц за доведение до самоубийства, за посягательство на личность, включая истязания. Но дело в том, что эти нормы закона почти не применяются из-за отсутствия достаточных сил, средств и информационного обеспечения правоохранительных органов. В частности, лишение родительских прав осуществляется примерно в 10% случаев, когда это необходимо, и через пять-шесть лет после того, как необходимость в этом очевидна. Замечу, что публицисты, призывающие женщину во имя сохранения семьи терпеть издевательства пьяницы, берут на себя очень тяжкую ответственность. Криминальный риск детей, воспитывающихся в таких семьях, в десять раз превышает риск обычной семьи; 80% этих детей воспроизводят судьбу отца – пьяницы. Здесь надо выводить этих детей из такой семьи, по-видимому, вместе с матерью. Абстрактные призывы сохранять семью, может быть, и гуманны, но они ужасающе воздействуют на следующую генерацию нашего населения. В чем я вижу свет в конце туннеля, связанный с ограничением масштабов этой проблемы в нашем обществе? Правовое регулирование должно быть приведено в соответствие с международными конвенциями. Должна быть последовательно проведена идея о ребенке как субъекте особой защиты, имеющем честь, достоинство, право на тайну и так далее. Возможно, нужен Кодекс детства, как это сделано в Польше, Венгрии и в ряде других стран. Очень интересна одна норма из польского кодекса. В соответствии с ней ребенок имеет право на сохранение тайны, если последствием не является смерть или тяжкое телесное повреждение для другого лица. Вторая группа факторов – это правовое воспитание. Необходимо резко поднимать педагогическую культуру семьи с помощью всеобуча. В прошлом в многодетной семье дети воспитывали сами себя, родители в основном их содержали. Сейчас речь должна идти о целенаправленном воспитании. Для этого родителю должны знать все о своих правах, обязанностях и ответственности. Правовое воспитание должно распространяться и на детей. В проекте альтернативного кодекса есть удивительно разумная норма, которая предлагается: это о праве детей с десятилетнего возраста самим обращаться в суд с жалобой на родителей. Третья группа факторов, – это многолетняя кампания в средствах массовой информации. Перед нами пример Соединенных Штатов Америки. В шестидесятых годах там проблемы жестокого обращения в семье была чрезвычайно острой. И последовательная кампания в средствах массовой информации, деятельность добровольных обществ привели к реальному ограничению масштабов проблемы в стране, хотя она по-прежнему остается достаточно острой. По подсчетам американских авторов, уровень жестокого обращения удалось снизить на 7-14%, это очень много. Четвертый блок – это социальная служба. Здесь упоминалось о новой системе комитетов по семье и демографии. Такие же комитеты созданы и в других странах – субъектах нашего Союза. В настоящее время подготовлены хорошие проекты закона о социальной службе. Сейчас центр тяжести этой работы переместился в Россию. Будем надеяться, что закон о социальной службе с нормами о материальной помощи семье, с нормами об участковых инспекторах, социальных работниках, которые должны будут взять под контроль неблагополучные семьи до того, как они привлекают внимание милиции, это законодательство в обозримом будущем войдет в силу.

Popular Posts: Best Crypto Savings Accounts For Earning Interest

Plop Andrei: I was arrested in #Canada for the anti-communist revolution!

Plop Andrei: Moldova will be the next country attacked by the Russians!

How to Stop Missing Deadlines? Follow our Facebook Page and Twitter !-Jobs, internships, scholarships, Conferences, Trainings are published every day!